Что случится, если в одной компании соберутся политически ангажированный барабанщик, тренированный басист, хозяин крепкого голоса и нью-металлически мыслящая гитаристка?

«В Москву! В Москву! Скорее в Москву! Лучше Москвы нет ничего не свете!» — томно вздыхали по сто раз на дню девицы Прозоровы. «Только не туда, — мягко стелет 32-летний Максим Попов, типичный экстраверт и отменный бас-гитарист, — здесь мы никому не нужны. В России наша музыка не так востребована, как за рубежом… Как только мы посчитаем, что готовы для работы на Западе, то…»

Как известно, Орвил Гибсон (Orville Gibson) на мандолине играл всегда, и инструментом в его руках был Gibson. В отличие от приросшего к дальней родственнице лютни бедняги Орвила, легендарный проект «Волшебная одноклеточная музыка-1» не репетировал никогда.